«Нашла повод, чтобы не ездить к родителям на дачу «

Ма! Гляди, что я отыскала! — окликнула Марью Петровну младшая дочка. — Это фотография нашей Лизоньки! Не, не на ее страничке, я случайно открыла девчонку, которая в ее друзьях указана.

Марья Петровна идет к монитору дочки и изумленно глядит на фото. Ничего необычного: фотография сделана посреди цветника, на заднем плане загородный дом. И рядом здоровенный пухнастый котяра, подружка.

А это Лиза с подругой на веранде, на столе стоит тарелка с клубникой. Между девочками все тот же кот.

И все бы просто отлично, но как раз таких фотографий Марья Петровна не ожидала. Решила сына позвать своего — Павла, который и являлся мужем той самой Лизы. Он тоже стоял растерянный.

Женился сынок прошлым летом, в июле, — говорит Марья Петровна, — и мы вот ровно месяца два тому его годовщину отмечали. На протяжении всего года лишь мы у Павла с Лизой в гостях были. А она к нам — ни в какую.

Лиза выросла в городе. Они с Павлом вместе учились в универе, затем решили пожениться и стали снимать квартиру-двушку. А Марья Петровна из пригорода. Всю жизнь жила в частном доме с садиком небольшим, огородом, цветником.

Младшенькая дочка с ними еще жила, скоро окончит школу. Ну а сын ушел в свободное плавание.

Когда был студентом сынок, то жил в общежитии, — рассказывает женщина дальше, — по выходным и праздникам наведывался. Особенно летом. Мы и сад имеем, и огород. Рабочих рук не хватает. Как заведено в деревнях, родня всегда приезжает и картошку сажать, и убирать урожай. Да и посреди сезона всегда есть чем заняться: полоть огород, косить траву, сеять пшеницу, поливать.

Перед прошлыми выходными Марья Петровна уточнила звонком, можно ли на него рассчитывать в эти выходные им на помощь сына, так как работы поднакопилось.

Я буду, один, — ответил Павел.

Я не смогу поехать, — Лиза расстроенным голосом ответила, — я с детства страдаю аллергией на многие растения, тем более полевые. К тому же у вас кошки и собака, а на них я тоже реагирую. Еще задыхаться начну. Придется лекарства пить.

Ладно, пусть будет так, — сказала Марья Петровна, — самое главное — здоровье. А собак с кошками мы ж никуда не денем. Ладненько, сиди там, после мы сами приедем увидеться.

Частенько навещать детей не было возможности.

Ведь утки, гуси, куры требуют постоянного ухода. Не бросишь же их. Да и других забот полно. Лиза каждый раз передавала гостинцы, сама с Павлом не ездила, ведь с аллергией же никак. Паша сам мотался и помогал. Лиза не злилась и отпускала его спокойно.

И так же спокойно принимала подарки из сада и с огорода.

Ела все наши гостинцы, — рассказывает Марья Петровна, Пашка говорит, что хоть аллергия и есть, но таблетки помогают. Лучше его женушке. Я даже боялась, чтобы внукам не передалось это по наследству.

Вот и в прошлый раз Паша приехал к нам один. Без жены помогать.

Я пока дома дома поубираю, — провожала его Лиза, — книжки почитаю, поскучаю. Я бы очень хотела с тобой съездить! Помогла бы тоже. Но — никак. На прошлой неделе девчонки на работу ягодки с дачи приносили, а я одну только попробовала — и сразу за таблетки.

Даже слезу пустила! — возмущался Павел, — и говорил же с ней по телефону. Сказала, что дома. А они с Танюхой на ее даче скучают. С котами и собаками обнимаются, да разнотравьем дышат, клубникой объедаются.

Никто ничего о ревности не говорит — Таня на дачу только с родителями ездит. Но для чего было врать про эту аллергию?

Да чтобы руки холеные в земле не пачкать! — съязвила сестренка, — врет и не краснеет. Вот так прокол!

Я ведь никого не хотела обижать, — оправдывалась Лиза, когда ее приперли к стенке. — ну не люблю я копаться в земле. Пашу люблю, но не дачу. У Танюхи мы только гуляем и фрукты едим. Для сада у них садовник имеется.

Паша на жену обиделся, на кухонный диванчик переехал. Но Марья Петровна посоветовала, что нужно бы с женой помириться.

Вряд ли она будет еще врать, — сказала она сыну. А в семье всякое бывает. Конечно, не повезло в этом плане с невесткой. Но это ее дело. Просто нужно было с самого начала правду говорить. Зато теперь нет причин не видеться. Ведь собаки-коты уже не помеха! Теперь будет приезжать в гамаке покачаться и книжки почитать. А врать — нехорошо.